003 — Мысли в ответ на письма читателей

Мысли в ответ на письма читателей

Сегодняшний выпуск рассылки будет немного необычным и, возможно, для кого-то неожиданным. Появился он в результате полемики, возникшей между авторов и посетителями сайта. Некоторые стали проявлять нетерпеливость, задавать вопросы и предъявлять некоторые требования в плане получения новой информации. Поэтому я решил отвлечься от темы Творчества и поговорить немного о реальностях нашего сайта.

Уроки рисования

Один из вопросов касался, например вопроса о том, чтобы начать уроки, которые помогли бы приступить к обучению рисованию. Но… не хватает немного большей конкретики от Вас, дорогие читатели, чтобы уловить нить Ваших запросов. Мне тяжело определиться в том с чего начать изложение, так как я лично рукоделием не занимаюсь, а со стороны рукоделниц, я еще не увидел вопросов, которые были настолько конкретны, чтобы я смог также конкретно, четко и ясно оказать помощь Вам в решении той или иной задачи. Поэтому, пока пишу, и в рассылке и на сайте, статьи, касающиеся общих вопросов творчества вообще. Откуда, как и почему оно происходит. Является ли Творчество даром с небес, можно ли его можно культивировать и воспитывать или же его нужно получить как «дар с неба» и оно зависит от приобретенного нами с рождения? Пока, я пытаюсь отвечать именно на эти вопросы, далее,- постараюсь перейти к более конкретному рассмотрению частных аспектов Творчества. Если же будут и вопросы из области рукоделия, конкретные и четко сформулированные относительно требуемой для решения задачи,- я отвечу и на эти вопросы.

Просьба об «обучении рисованию» слишком уж общая и охватывает собой слишком широкий диапазон для рассмотрения. Видов рисования существуют множество, также как и техник, стилей и жанров рисования. Какой из них интересует именно Вас, мне понять довольно-таки трудно, исходя из небольшого сообщения на форуме. Никто не потрудился не только написать мне лично, но даже зарегистрироваться на форуме. Но,- это частности.

Вопросы, связанные с рисованием

Если уж говорить о рисунке в рукоделии и его роли в формировании мастерицы, то и здесь надо было бы уяснить себе целый ряд вопросов, чтобы не разбрасываться на мелочи.

К примеру, если говорить, скажем, только о вышивке, надо было бы ответить себе на такие вот вопросы:

1. Как вы воспринимаете вышивку с точки зрения рисунка

2. Чем для Вас является схема для вышивания – механической сеткой, которую Вы просто считываете не задумываясь или все же в Вашем восприятии она формирует некоторый образ? Если да, то как? Если нет, то почему?

3. Можете ли Вы сопоставлять между собой образ вышивку, с ее рисунком, а также с техникой, которую станете применять, приступая к той или иной вышивке?

4. Свободны ли Вы с своем выборе техники вышивания или она для Вас диктуется теми, у кого Вы приобретаете схемы для вышивки?

5. Способны ли Вы самопроизвольно приспособить понравившейся Вам рисунок к той технике, которая Вам больше по душе в данный момент или же Ваша подготовка требует жесткого следования нормам, предписанным приобретенной схемой?

6. Можете ли Вы, владея какой-то техникой разработать схему сами (без помощи компьютерных программ) и вышить ее в данной технике?

7. Знаете ли вы о том, что многие техники вышивки сами по себе могут быть прекрасным рисунком, если использовать их с умом и составить из них рисунок, следуя определенным композиционным правилам?

Истина — всегда конкретна

Все думаю, стоит ли перечислять другие возможные вопросы или остановиться на этих? Остановлюсь, пожалуй. Думаю, Вам, мои дорогие посетители сайта и читатели, не стоит беспокоиться об отсустви должной информации. Говорливость один из моих недостатков, так что, надеюсь, он и здесь проявит себя, и материалов будет предостаточно. Вопрос лишь в том, чтобы говорливость не перешла в болтливостьт и материалы были «в тему» и по существу, а если быть точнее,- то чтобы были полезны моим читателям и, особенно, читательницам. Пока нет конкретных и определенных, четко сформулированных вопросов и предложений я, все же,- да простят меня читатели и читательницы,- буду следовать своей логике изложения. Если появятся вопросы,- подкорректирую, в зависимости от поставленной задачи. Читайте материалы рассылок, а также пишите сами. Задавайте вопросы, делитесь своими впечатлениями, расскажите о себе и своих достижениях.

Новое на нашем сайте:

В категории Истории,- новый раздел "Опыт исследования мировых культур", несколько материалов о том, как относятся к юмору в разных странах. Можете посмотреть
Новые работы в нашей Галере. Смотреть

Появились смешные пасхальные открытки, которые вы можете слать друзьям прямо с сайта

Остальное — смотрите и выбирайте сами

Даруемое целеустремленностью

{mosimage}     Весна, приближение пасхальных праздников и обрядов диктуют свои права. Наши девчонки на форуме становятся по весеннему возбужденными, проявляя потребность в творческом применении нахлынувших на них новых сил, дарованных им весенним солнышком и праздниками Весны. Кто-то пытается рассказать о себе, кто-то требовательно настаивает на том, что на них должны обратить внимание.
    Самому хочется выбежать на лесную лужайку, подставиться дарственному весеннему солнышку, щедро раздаривающему свои лучи и нам и Природе. Но рядом нет живительного леса, также как и лужайки,- только весна и компьютер. Сегодня взволновало сообщение девушки Lad-ы. Такое вот требовательное и не терпящее отлогательства. Подумал,- как хороши они, эти юные дарования, которым все достается с легкой веселостью и без задержек во времени. Ведь для женщины, и в особенности для девушки, достаточно лишь иметь крепкое намерение, упорство, усердие и настойчивость, чтобы все в их жизни реализовалось. Что касается творческих дарований, именно им, женщинам, все открывается как бы по наитию, Свыше, и приходит как дар, иногда, без необходимости прохождения промежуточных вспомогательных этапов: обучения, изучения методик и правил. Вот и звучат настойчиво… нет-нет, не просьбы, а требования: "Дай им"… возможность творить, да еще и так, чтобы сотрясались горы, от лицезрения продуктов, сотворенных их нежными ручками.
        В ответ на подобное требование, я бы сказал даже лучше,- крик души, родилась небольшая, наверное, не статья, а эссе, которое я, опубликовал на форуме, чтобы не расстраивать девушек необходимостью лишнего нажатия на мышку и переходом на сайт,- я ведь им отвечаю. Что касается посетителей сайта, то увы,- отсылаю Вас на форум, для прочтения моего "опуса". Если же Вы считаете, что я неправ, и нужно было продублировать статью и на сайте, пишите мне, исправлю свою ошибку.

 

{Mosmodule module=Begun}

 

День юмора — в Италии

День юмора и праздник смеха — 1 апреля в Италии

«Первоапрельская рыбка» (pesce d’aprile), именно так в Италии называют этот международный праздник, который есть и во Франции (Poisson d’Avril), и в Германии (Aprilscherz), и во многих англоязычных странах (April fool’s day), даже в Индии (Huli, 31 марта) и в Мексике (El Dia de los Innocentes, очень похож на первоапрельский, но отмечается 28 декабря). Как и во всех остальных странах, суть итальянской «первоапрельской рыбки» состоит в розыгрышах, и приколах по отношению к окружающим.

Итальянские шутки, надо сказать, гораздо безобиднее, например, шотландских, ведь здесь принято прикреплять «жертвам» на спину не надписи типа «Пни меня!», а всего лишь симпатичную бумажную рыбку, любовно нарисованную, раскрашенную и вырезанную.

Если обсуждать истоки происхождения праздника, то первое, что нужно отметить, — множество вариантов объяснений, почему, откуда и зачем люди начали в этот день шутить друг над другом и, особенно (!), откуда взялась первоапрельская рыбка?

Итак, расскажем самые правдоподобные и заслуживающие внимания истории…

Говорят, начало празднику было положено в 1564 году во Франции. Король Карл IX решил модифицировать календарь и отмечать Новый год не 1 апреля, как раньше, а 1 января. Все подчинились, и 1 января действительно отметили Новый год, повеселились, надарили друг другу подарков, но когда наступил день 1 апреля, некоторые из жителей ради шутки решили отпраздновать Новый год еще раз, но уже «понарошку», с ненастоящими поздравлениями и подарками. Отсюда, говорят, и пошла традиция подшучивать друг над другом 1 апреля.

Тогда при чем же тут рыбка? Вполне резонный вопрос, но и на него существует ответ в виде другой истории.

Однажды некий человек решил подшутить над рыбаками и накидал в реку копченой сельди с криками «Вот вам рыбка на первое апреля!». Поэтому теперь все вешают друг другу на спины рыбок.

Однако знатоки астрологии утверждают, что вовсе не поэтому, а потому что в начале апреля луна выходит из знака зодиака именно РЫБ. Тогда к чему шутки? Этого они не объясняют…

Как бы то ни было, гипотез о происхождении праздника много, и все они имеют право на существование. Нам же остается лишь веселиться, кому немного больше (кто над кем-то шутит), кому немного меньше (кто стал жертвой розыгрыша).

Как же сделать так, чтоб над Вами не «прикололся» лучший друг, брат, сват или просто первый попавшийся прохожий на итальянской улице? Знание – сила, осведомлен – значит, вооружен! Прочитайте о типичных для Италии приколах и постарайтесь не попасть в их коварные ловушки!

Прежде всего, почаще проверяйте, не болтает ли очаровательным хвостиком первоапрельская рыбка на Вашей спине.

Если 1 апреля будет идти дождь, то в Ваш зонтик «совершенно случайно и неизвестно откуда» могут попасть конфетти, так что когда Вы его раскроете, будет фейерверк…

Все часы в доме могут оказаться переведенными на час назад. Будьте бдительны!!!

Сахар в сахарнице чудесным образом превращается в соль, а в солонке, наоборот, появляется сахар.

В кровати Вас, как принцессу на горошине, ожидают пара десятков запрятанных пробок от бутылок!

Не стоит поддаваться на провокации и идти в магазин на поиски «нового продукта» (будь то водяная ручка, сладкий уксус, вино из Антарктиды, хлеб с солодкой и т.д., и т.п.), даже если просящие очень убедительны. Помните, сегодня Первое Апреля!!!

Вам могут назначить свидание по несуществующему адресу или попросить перезвонить по «левому» телефону. Будьте бдительны!

Но, конечно, окончательным списком то, что находится выше, никак не назовешь, кто их знает, итальянцев, что они еще понапридумывают?!? Так что… лучшая защита – нападение! Прикалывайтесь Вы, первого апреля можно!!!

 
{Mosmodule module=Begun}

День юмора и смеха — в Молдавии

День юмора и смеха — 1 апреля в Молдавии

В Молдавии 1 апреля не является официальным праздником. Возможно, этот день не был официально отмечен, потому, что в Молдавии юмор и смех органически слит с национальным и можно говорить о веселье и веселости как о национальной черте. День 1 апреля, тем самым, в народе не может быть обделен вниманием и не обходится без смеха, розыгрышей и подшучиваний. Молдавию, которая многие века входила в состав Румынии и была ее провинцией, еще в большей мере чем саму Румынию, можно было бы назвать страной не столько смеха и юмора, сколько радости и веселья, так здесь на каждом шагу встречаешься с красивой шуткой и здоровым юмором, но главное – радушным весельем. Молдавия также изобилует народными юмористическими персонажами и рассказами, почти что не имеющих аналогов у других народов. В отличие от Румынии, в которой встречаются тождественные казалось бы персонажи, такие как Пэкалэ и Тындалэ, в Молдавии они отличаются от «румынских» своих аналогов тем, что Пэкалэ олицетворяет собой в скорее всего молдаванина, а Тындалэ — румына. Они также высмеивают чаще всего самих себя, но их юмор и ирония в молдавской интерпретации более глубока и содержательна.

И молдавскому народу, также как и румынскому не чужды любые формы юмора, а также все то, что дает возможность блеснуть умом — анекдот, ироническая шутка, каламбур, баловство, ирония или тонкое издевательство, надувательство, все комическое, что может вызвать улыбку и здоровый смех. Все это составляет огромное семейство Юмора. Надо только отметить тот факт, что в Молдавии каламбур и словесные игры имеют более выраженный и тонкий характер, а заложенный в игру слов смысл становится, чаще всего непонятным румынам, и вовсе не из-за языковых преград, а по той причине, что им становится недоступной та форма юмора, которая натуральна у молдаван. В молдавском юморе тоже особое место занимает такое народное явление, как краткие юмористические рассказы, называемые сноавэ.
Устный народный юмор имеет глубокие корни и он выкристализовался за многие века в особый жанр, присутствие которого в Молдавии можно не толко ощущать на каждом шагу, но без которого представить себе молдаванина просто невозможно. Словари говорят, что Сноавэ – это наративная повествование в прозе, которое может быть народной или культовой, маленького размера, имеющая анекдотический характер, в которой эпическое переплетается с сатирическим. По форме она ближе скорее к поговоркам, чем к анекдотам, которые, в отличие от Румынии в Молдавии пользуются популярностью. Хорошая сноавэ это как философия, как сладкий плод, взращенный народом и сохраненный в веках, вкусно пахнущий и насыщающий настолько, что может утолять голод всю жизнь.

Народ может высмеивать в сноаве самого себя, попа, боярина, цыгана или еврея, св. Петра, сельских девушек или парней, вообще всех, кто попадается на глаза. Но смех этот лишен злобы и сарказма, скорее всего – это смех ради самого смеха, ради того, чтобы повеселиться. Сноава возникает потому, что в поведении высмеиваемых персонажей отражаются вредные человеческие привычки, несчастья и злоба, которые нельзя умалчивать.

В Молдавии отсутствуют характерные для румынского юмора особенности, ввиду разности темпераментов и характеров, а также ввиду отсутствия многих явлений,- таких, к примеру, как территориальные особенности. Чем отличается молдавские формы юмора от румынских, так это, прежде всего тем, что в Румынии преобладает, скорее всего меланхолический темперамент, а в Молдавии все, и шутки в том числе, более активные и задорные, более живые и жизнеутверждающие.

В шутках и юморе Молдавии самым главным является преобладание позитивного начала, а повествования заканчиваются почти всегда каким-либо действием. Слушая же тождественные, казалось бы, рассказы в румынской интерпретации, часто ловишь себя на мысли о том, что рассказ остается как будто бы неоконченным, остановившись на назидательной ноте, так и не перешедшей в действие. Молдавская шутка и высмеивание всегда заканчивается тем, что высмеянного не оставляют «в дураках», а призывают присоединиться к шутке и как бы посмеяться над собой, имея ввиду тот факт, что каждый может оказаться в смешном положении. В румынской шутке этот момент отсутсвует.

О других особенностях национального юмора Молдавии, нужно говорить отдельно. Хочется закончить рассказ ремаркой о том, что в Молдавии шутка, юмор, ирония и сарказм являются органически впаяными в характер народа. Но самое главное это то, что народ Молдавии в меньшей мере обидчив, чем румыны и шутку чаще всего воспринимают здраво и с улыбкой на лице. А вот в некоторых регионах Румынии (к примеру, Марамуреш) шутить, чаще всего небезопасно, и здесь, даже за безобидную щутку можно жестоко поплатиться, так как в данной области совершенно не допускают шуток в свой адрес.

А вот молдавское умение посмеяться над самим собой хорошо прослеживается в этой версии небольшого рассказа о Пэкалэ:

Услышал Пэкалэ среди ночи шуршание воров у себя в комнате. Проснулся и в темноте спрашивает:
— Эй, кто это там?
— Молчи,- это воры, пришли забрать у тебя твои богатства.
— Что же вы, глупцы, пришли искать у меня ночью то, что я не могу найти у себя даже днем?
 

{Mosmodule module=Begun}

День юмора и смеха — в Румынии

День юмора и праздник смеха — 1 апреля в Румынии

Румыния 1 апреля официально не празднует день Смеха. Но, скорее всего, Румынии и не нужно, чтобы день Смеха был официально отмечен, так как здесь юмор и смех органически слит с национальным, а 1 апреля, тем более, не обходится без шуток и смеха. Румынию, помимо прочих ее особенностей, можно было бы выделить и назвать еще и страной смеха и юмора, настолько часто здесь встречаешься с красивой шуткой и здоровым юмором. Это и обилие народных юмористических персонажей и рассказов, почти что не имеющих аналогов у других народов, таких как из древности идущих Пэкалэ и Тындалэ, высмеивающих чаще всего самих себя, современный Булэ, или же жителей некоторых районов Румынии – олтяны, арделяны, а также некоторые этносы, носящие в себе что-то своеобразное и выделяющиеся из среды других этносов – такие как цыгане и евреи.


Народу не чужды любые формы юмора, все, что дает возможность блеснуть умом — анекдот, ироническая шутка, каламбур, иные формы игры слов, баловство, ирония или тонкое издевательство, надувательство, все комическое, что может вызвать улыбку и здоровый смех. Все это составляет огромное семейство Юмора. Но особое место в нем занимает такое народное явление, как краткие юмористические рассказы, называемые сноавэ.

Устный народный юмор имеет глубокие корни и эта форма юмора выкристализовалась за многие века в особый жанр, присутствие которого в Румынии можно ощущать на каждом шагу. Словари говорят, что Сноавэ – это наративная повествование в прозе, которое может быть народной или культовой, маленького размера, имеющая анекдотический характер, в которой эпическое переплетается с сатирическим. По форме она ближе скорее к поговоркам, чем анекдотам, которые, кстати, в Румынии не особо пользуются популярностью даже в наше время. Хорошая сноавэ это как философия, как сладкий плод, взращенный народом и сохраненный в веках, вкусно пахнущий и насыщающий настолько, что может утолять голод всю жизнь.

Народ может высмеивать в сноаве самого себя, попа, боярина, цыгана или еврея, св. Петра, сельских девушек или парней, вообще всех, кто попадается на глаза. Но смех этот лишен злобы и сарказма, скорее всего – это смех ради самого смеха, ради того, чтобы повеселиться. Сноава возникает потому, что в поведении высмеиваемых персонажей отражаются вредные человеческие привычки, несчастья и злоба, которые нельзя умалчивать.

Характерным для румынского юмора являются следующие черты:

• В шутках и юморе преобладает позитивное начало, редко можно встретить перлы так называемого «черного юмора».
• Высмеиваются, чаще всего личные качества персонажей и их близких.

Так как Румыния имеет свои территориальные, а также национальные особенности, то, конечно же, в шутках и юморе этим особенностям уделено должное внимание.

Арделяны (жители района Трансильвании) – высмеивается особенности их произношения, а более всего – особый склад ума – ведут себя с хитрецой, часто пытаются показать себя умнее, чем они есть на самом деле. Живут с постоянным чувством «комплекса неполноценности». Характерными особенностями произношения является «проглатывание» букв в словах, что, конечно же, служит поводом для высмеивания и подшучивания.

— Василе! Твоя корова курит?
— Нет, где ты видел курящую корову?
— Значит,- у тебя горит сарай


Олтян (жители Олтении) и евреев – высмеивают за скупость, практичность и жадность, которую могут испытать на себе любой турист, побывавший в южных районах Румынии.

— Эти курицы местные или привозные,- спрашивает покупатель на базаре.
— А какая вам разница? Вы собираетесь их есть или болтать с ними?


Цыганам уделяют внимание в шутках и юморе прежде всего сами цыгане, которые с большим удовольствием рассказывают сноавы и анекдоты о самих себе. Не обделяют их вниманием и другие этносы Румынии.

— Тэнасе, сегодня суббота, сходил бы ты с детьми в зоопарк.
— Знаешь, Смаранда, если кому-то хочется на наших детей посмотреть, пусть сами приходят к нам и смотрят.


Но, наиболее интересное явление румынского юмора, это наличие двух персонажей, которые присутствуют в сноаве на протяжении многих веков, и пока еще не собираются уступать свое место кому-либо еще. Это, конечно же, известные всем знакомым с румынской культурой Пэкалэ и Тындалэ. В народном фольклоре это два неразлучных персонажа – Пэкалэ (маленький — хитроватый, но добрый и честный) и Тындалэ (высокий – простоватый и плутоватый), которые веками появляются на арене народного юмора как главные герои и на которых народ переносит все свои шутки, иронию и веселье.

Пригласили Пэкалэ в гости, поставили на стол угощенье. Но так как борщ был с мясом, Пэкалэ стал быстренько есть одно только мясо.
— Пэкалэ, ты кушай и борщ, не только мясо,- говорит хозяин.
— Однако, знаешь, мясо тоже неплохое!
— Неплохое-то оно неплохое, но и дорогое!
— Но ты знаешь,- оно и стоит того.


Современный румынский шуточный персонаж,- это Булэ. Однако, он чаще всего выступает как герой анекдотов, чем назидательной прозы.

Существуют и другие особенности национального юмора Румынии, но о них невозможно рассказть в краткой статье. Мы остановились лишь на самом характерном и на том, как нам кажется, что не встречается у других народов.

 
{Mosmodule module=Begun}

Задачи отечественной культуры

Владимир Кожевников
О задачах русской живописи

Среди беспримерных в истории бедствий, переживаемых нашею истерзанною внутренним разладом родиною, на вопрос, откуда это зло, приблизившее нас к краю гибели,— отвечают обыкновенно указаниями на длинный и сложный ряд причин политических и экономических и почти всегда забывают одну причину, психологическую и нравственную, более общую, более глубокую и более мощную, чем все другие. Эта первопричина— вымирание любви к отечественному, русскому. Не то что¬бы исчезла всякая любовь к родине — вытравить в конец это естественнейшее чувство не по силам никакой искусственной «высокой культуре». Но как многие, в особенности среди тех будто бы демократов, будто бы народников, что не краснеют обособлять себя в привилегированную аристократию мысли, в «интеллигенцию», противопоставляемую своему же будто бы темному народу, как многие теперь любят свою страну и свой народ лишь в так называемом «общечеловеческом» смысле, от¬влеченном и неопределенном, как людей только и лишь как место их общежития, а не как русских и Россию в их самобыт¬ном племенном и историческом смысле! Любит каждый по-своему, разрозненным и потому бессильным индивидуальным чувством, либо еще чаще по-готовому, иноземному, цензурою «высшей культуры» одобренному шаблону, но не по совокуп¬ному, веками, самою жизнью созданному и все еще не совсем убитому народному, родному, воистину отечественному скла¬ду мыслей, чувств, желаний и упований. В народе, имеющем не¬счастие (а по мнению иных и неприличие) называться русским, еще кое-как ценят и любят человеческое, но собственно рус¬ское… Кому из наших обезличившихся космополитов-гуманистов до него дело? Ведь в символе веры настоящего про¬грессиста патриотизм — лишь низшая, вымирающая стадия развития любви общечеловеческой; сомнения же в том, возможно ли реальное осуществление идеального «общечеловека» (не говоря уже о модном «сверхчеловеке») вне определенных исторических, племенных и бытовых форм не допускаются.
Отсюда невиданное по размерам злых следствий противоречие: крепкая, подчас даже самоотверженная вера в отвлеченный идеал, и рядом — наивное или упрямо-тупое незнание и пренебрежение действительности, желание блага своему народу и родине и непонимание, что такое свое, родное, отечественное… Мало того, сплошь и рядом даже отвращение к нему, распутный промен своего на чужое, часто худшее; и все под предлогом, что свое-то так дурно, так никуда негодно, что и любить-то его не за что (…)
{mospagebreak title=Состояние культуры &heading=Боль за Отечество}
«Коллективная психология»… этот новый отдел знания, столь важный сам по себе, неотложно-нужный в наши дни умножившихся и осложнившихся общественных движений! Каким не только подспорьем, но и целым откровением могло бы быть для него вдумчивое, сродственным духом вдохновляемое изобразительное искусство! И какая самобытная, совсем новая, благотворная работа предлежит здесь именно русским художникам! Одним из порождений пессимистического настрое¬ния последних десятилетий XIX века надо признать учение о преступной толпе, точнее — о понижающем и развращающем влиянии на нравственный уровень человеческой личности ее слияния с народною массой, с толпою и самое настроение тол¬пы. Уму, не предубежденному на первых порах, кажется стран¬ным слышать такое учение из уст века, не только превознося¬щего демократию, но и будто бы тяготеющего к солидарности в мыслях, чувствах и действиях, и даже возвещающего, что все спасение человечества в коллективизме. Разрешение этого про¬тиворечия— долг насущной потребности; что-нибудь из двух: или учение о преступной толпе в его современной форме невер¬но или легкомысленны и призрачны надежды на коллективизм в том смысле, как он в большинстве случаев понимается. Нельзя отрицать верности многочисленных фактов из прошло¬го и настоящего, приводимых в подтверждение модного песси¬мистического учения. И за всем тем утверждать, что великое со¬общество людей всегда или почти всегда влияет понижающим и развращающим образом на личность — значит клеветать на человечество, произносить хулу на согласие. Смелые ошибоч¬ные обобщения учения о преступной толпе объясняются его происхождением. Учение это — всецело создание западной философской мысли, и возведено оно на почве фактов, взятых из истории западных народов и на данных общественной психологии современной жизни того же Запада. Материал обширный; но его слишком мало для общих выводов: забыта целая половина человечества, истории: восточная, русская, православная — просмотр и пробел огромный, непозволительный в будто бы научном исследовании! Допустим, хотя и с большою натяжкою, что учение о преступной толпе в значительной степени верно для Запада; следует ли из этого, что оно одинаково применимо и к Востоку, к прошлому и настоящему русского народа? Бывали бесспорно и у нас, есть, к стыду нашему, и сейчас, более, чем когда-либо, быть может, случаи проявления преступности толпы. Но, слава Богу, было место и другому, противоположному и притом (что особенно важно) не в качестве исключения, а скорее в качестве правила. Где, как не в русском народе, искони были сильны родовые, общинные связи и права, «мирские» чувства и «мирские» обязанности? Племенные инстинкты, предания старины, природные условия страны и климата, наконец, непрерывный ряд народных бедствий, глады, моры, нашествия иноплеменных,— все на Руси, более чем где-либо побуждало, по необходимости и по долгу, сплочать силы и напрягать их к дружному, могучему порыву для общего дела, для спасения общежития, вне которого человеческая единица, всегда и всюду малосильная, здесь в особенности становилась беспомощною, обреченною почти на неизбежную гибель. Правда, междоусобная рознь была исконным грехом древней Руси, но грех раздора, то, что предки наши называли «разностью, неодиначеством и неимоверством» или просто «нелюбием» (Воскр. Лет. VIII, 43. Никон. Лет. X, 223), нигде не влек за собою столь быстрой и грозной кары, как в стране, и природою, и судьбою понуждаемой помнить истину: «друг другу пособляя и брат брату помогая, град тверд есть» (там же). И столь часто, столь пламенными чертами отражалась эта истина на жизни частной и государственной, что убеждение в ее непреложности вошло в плоть и кровь народного древне¬русского сознания. Весь безыскусственный смиренный рассказ наших летописцев есть непрерывное печалование не столько о бедах внешних, сколько о «братском нелюбии». Никогда не оскудевала и положительная проповедь согласия: идеал «жити братии вкупе, друг другу пособляя и брат брату помогая», был идеалом не отдельных немногих людей, а общим достоянием народа, всегда, когда он не в конец ослеплен был безумными страстями. И эта крепкая вера в обязательность сыновнего и братского согласия, в осуществимость правды на земле толь¬ко ими, никогда не угасала во глубине души народной, несмо¬тря на грубость нравов, на раздоры равных, произвол сильней¬ших и злоупотребления властью. В наиболее трагические часы своей тяжелой судьбы народ русский вспоминал, что «он род един есть, братья и сродницы», и из толпы слепой и преступной преображался в сознательно и благородно действующее сооб¬щество, способное к великим подвигам. История наша, от древнейших времен до смутного времени и от этой первой ве¬ликой смуты до второй, нынешней, чуть ли не худшей, полна яркими опровержениями мнения, будто слияние личности с многочисленною народною массою почти всегда понижает и развращает личность. Здесь, у нас, творилось нечто совершенно иное: в эти святые минуты хотя бы краткого согласия просветлялась, нравственно очищалась личность и, облагороженная и укрепленная взаимно воспринятыми добрыми чувствами, взлетала, как бы чудом, на крыльях этого общего здо¬рового вдохновения высоко над прежними грехами, над глубоким омутом корыстных и тщеславных страстей.
{mospagebreak title=Народная душа &heading=Кожевников}
Освободить эти лучезарные черты души народной от пыли и грязи забвения и всевозможных дурных наслоений, воочию, помощью искусства, дать убедиться в их величии и почерпнуть в них укрепление любви и согласию, более, чем когда-либо сейчас нам необходимым,— какая обязанность, и, вместе, какая отрада и заслуга для русских художников! Не говоря уже о величавом в этом отношении прошлом, даже и в настоящем, столь искусившемся в грехе раздора и «нелюбия», в русской земле, земле общин, сходов, артелей, братчин, совокупного труда, «помочей» и «толок», мирского домо- и храмостроительства, мирских поминок и повинностей, и, наконец, всенародной молитвы «миром да собором»,— найдутся и в наши дни для на¬блюдательного и вдумчивого художника богатейшие бытовые и психологические мотивы положительных сторон совокупных стремлений народного множества. И эти порывы народной ду¬ши, насколько благороднее и плодороднее окажутся они, чем те проявления воистину преступной толпы, которые спешат за¬носить в свои альбомы и на выставочные полотна современные жанристы в виде буйных, совсем не русских по духу и имени «митингов», «массовок», и «забастовок», да злобных уличных «демонстраций», до каррикатурных и однако кровью обагренных московских баррикад включительно!.. Среди нашей горь¬кой действительности, вот чем тешится искусство!.. А между тем, сколько величавых сцен единодушного порыва народного предается позорному забвению! Вспомним, что на страницах родного искусства не отразились в выдающихся художествен¬ных произведениях из сравнительно не очень далекого прошло¬го страстные дни Крымской войны, сцены сборов и проводов народного ополчения, геройской гибели дружинников, предпочитавших лечь до последнего, лучше чем слушаться непонятной им команды об отступлении, сцены Севастопольской обо¬роны, спасшей Россию!.. Как будто более посчастливилось Турецкой войне, благодаря кисти Верещагина (не забудем и картины Савицкого «На войну»). Но как ни велики заслуги сурового певца войны (Верещагина), приявшего от нее и мученический венец свой, все же он был изобразителем преимущественно ее ужасов и лишь изредка того благородного подъема, который она сообщает в известных случаях душам («Скобелев под Шейновым»). И тем не менее ошибочно — иронически задуманный триптих «На Шипке все спокойно», вопреки желанию автора, остается одною из величайших страниц в мартирологе народа-подвижника; то же впечатление вызывает и «Панихида после битвы». Но разве этого достаточно, разве этим все сказано?.. Разве не осталась непоправимым пробелом в нашем искусстве незабвенная минута решения русским народом идти умирать за далеких, никогда невиданных единоверцев, терзаемых под игом турецкого полумесяца?.. И не горько ли, не обидно ли, что таким же пропуском пребывает и другая величавая минута нашей народной жизни: объявление «Воли» (картина Кл. Лебедева, ставшая очень популярною, конечно, не исчер¬пывает богатства сюжета, также как и Мясоедовское «Чтение Положения 19 февраля»). Если даже такие проявления народной психологии не в состоянии вдохновить художников, остается признать их душу совсем измельчавшею, их чувства совершенно омертвевшими к созвучному восприятию величавых биений души народной. Мы верим, мы надеемся, мы ждем, что такое равнодушие не повторится, что будущее вдохновение вернет нам даже и эти утраты…
Но отдавая преимущественное внимание изображениям стремления к согласию в жизни народной, да не забудут наши бытописатели и того своеобразного почтенного мира, который, хотя и вызванный разногласием, расколом, тем не менее продолжает, в духе народного понятия духовного совершенства, называть свои собственные группировки все-же словом «согласие». Психологией и бытом людей «старой веры» и сектантства живо интересовалась наша публицистика, его оценили и воспроизводили некоторые из наших известных писателей (один Мельников-Печерский чего стоит!). Отчего же к этому вдумчивому и столь колоритному, своеобразному миру, притом же переживающему сейчас глубокий перелом, слепы и глухи наши жанристы? Ужели он совсем не доступен?.. Претит ли прогрессистам и скептикам коснение людей «древнего благочестия» в «святоотеческих преданиях» или страстное искание Бога душами сектантов в дни, когда считающие себя солью земли и «особь-мудрыми» уже «не нуждаются (как Лаплас) в этой гипотезе»,— мы не знаем; но то несомненно, что эта крупная сторона жизни русского народа еще ждет своего живописного воспроизведения, и каждый раз как что-либо сюда относящееся мелькнет случайною вспышкою перед зрителями, оно возбуждает живой интерес (Нестеровские две сцены из жизни женских скитов; из более раннего — «Спор о вере» Жукова), но вместе и справедливый запрос большего, и количественно, и качественно. Как не пожалеть, например, что на тщательной прошлогодней картине Струнникова «Распечатание старообрядческих алтарей» художник все свое внимание отдал изображению мерзости запустения на месте святе и совершенно отказался от величавой, благодарнейшей попытки воплощения Светлого Праздника в умиленных душах присутствовавших при этом эпоху составляющем моменте в жизни русского народа!

1907 г.

 

{Mosmodule module=Begun}

Творчество и Брокгауз

В этом общепринятом смысле творчество — условный термин для обозначения психического акта, выражающегося в воплощении, воспроизведении или комбинации данных нашего сознания в (относительно) новой и оригинальной форме в области отвлеченной мысли, художественной и практической деятельности (творчество научное, творчество поэтическое, музыкальное, творчество в изобразительных искусствах, творчество администратора, полководца и т.п.). Широкое значение, придаваемое термину, едва ли не составляет отличительного свойства русского языка. Древне-греческое πόησις имело специальное применение к области словесного творчества. В западно-европейских языках сливаются термины творчество и творения, созидания (création, Schöpfung), в различных специальных приурочениях. Отчасти понятию творчество отвечает немецкое Schaffen (dichterisches Sen.), француское invention (не в смысле только изобретения), génie créateur и т.п. Термин invention уже в латинском языке (inventio) выражал понятие сочинять, творить; в области риторики (трактат Цицерона «De inventione») и в поэтиках Возрождения оно имело специальное значение — композиции, сочинения, вымысла, прикрас («belle invenzioni» у Торквата Тасси, «Discorsi dell’Arte poetica»). Различение творчества научного от творчества художественного и от творчества в области жизненных отношений, т.е. то различение деятельностей, которое может быть усмотрено и в приемах, и в конечных целях каждого вида творчества, приводило Аристотеля к различному обозначению трех основных свойств разума: созерцательного, действенного и творческого (ποιητιχή) в тесном смысле слова (Никомахова Этика; ср. Em. Egger, «Essais sur l’histoire de la critique chez les Grecs», 1887).
Распространяя значение творческого акта даже на ремесла, — стало быть, при несколько внешнем понимании термина, — Аристотель все же дал прекрасную, хотя и не исчерпывающую формулу художественного творчества как способности обдуманного или сознательного воплощения истинного при отождествлении истины и красоты. В настоящее время принято различать двоякого рода творчество: непроизвольное, бессознательное, непосредственное — и продуманное, сознательное, художественное; первое характеризует по преимуществу произведения первобытного, народно-собирательного искусства, а второе относится к области высшего искусства, в котором непосредственность вдохновения идет рука об руку с размышлением и проверочной аналитической работой. Народно-собирательное творчество характеризуется также эпитетами безличного и безыскусственного, в противоположность творчеству индивидуальному и сознательному. Последний эпитет имеет несколько условное значение и не исключает непроизвольности и непреднамеренности, составляющих характерные особенности процессов творчества. Когда все предусмотрено и предрешено заранее, тогда нет места для творческой мысли и является то, что принято называть сочинительством. Впрочем, отношение сознания к творческой работе мысли представляется сложным и далеко еще не порешенным вопросом.

Рассылка о творчестве

Открыта рассылка о творчестве

В рассылке мы будем рассказывать о достижениях и дарованиях — врожденных и приобретенных, своих и Ваших, дорогие читатели (если Вы поделитесь с нами своими достижениями и напишете нам ). Ждем от Вас участия в нашей работе — пассивного, в виде чтения нашей рассылки и активного — своими письмами,- советами, рассказами о себе и обо всем, что покажется Вам увлекательным для нас и наших читателей.

Подпишитесь на нашу рассылку и мы будем с Вами до тех пор, пока мы Вам интересны.

Рассылки Subscribe.Ru
Смысл и содержание в рукоделии —
даровано или приобретено

002 — Снова о Творчестве

Подробней о развитии творческого дара

Продолжаем нашу дискуссию
В любом творчестве рано или поздно приходится обратиться к поискам истоков творчества, появляется необходимость нащупывания начала и своего творческого порыва и самого жанра, в котором ты работаешь. Принято считать, что рукоделие – сугубо женское занятие. Мало кто из исследователей пытался усомниться в данной «прописной истине». Ну, женское оно дело, и все тут, а значит, и исследовать там нечего. Мы не совсем согласны с такой постановкой вопроса и считаем, что любая осознанная деятельность всегда будет качественно выше неосознанной.

Конечно же, правомерен вопрос о том, а зачем оно нужно – знать об истоках того или иного вида творчества или рукоделия, ремесла? Разве недостаточно того, чтобы овладеть данным мастерством и «творить» не задумываясь о его происхождении? С чисто утилитарной точки зрения такой образ мыслей, конечно, кажется весьма правильным. Но, как вы догадались, мы придерживаемся того мнения, что это только кажущаяся самодостаточность. Почему? Потому, что творение в рамках канона или Традиции давало возможность мастеру более четкого определения целей и задач, направления и конечного пункта своего творчества. Но это не было главным. Главным было то, что знание истоков и следование Традиции давало мастеру возможность раскрытия своего творческого потенциала, прежде всего тем, что осмысливала его, а во-вторых, тем, что «размещала» плоды его труда в определенной среде, и, не просто среде, а в Космологоническом пространстве.

Однако, когда мы попытались открыть для себя, откуда берут начало некоторые «сугубо женские» виды рукоделия – такие как вязание и вышивка, то поняли, что дела обстоят не так просто как кажется на первый взгляд. Конечно, если брать во внимание только техническую или технологическую сторону, то можно все упростить до невозможности, но… даже при попытке анализа вопроса о происхождении, казалось бы, такой простой вещи как нить, мы столкнулись с целым арсеналом понятий, которые раскрывают глаза на новые, неожиданные аспекты этого простого и привычного для нас дела, скажем, такого как вышивка. Оказалось, что за завесой видимой формы простой нити для вышивания у древней рукодельницы, к примеру, стояло целое мировоззрение. Как это было восхитительно и прекрасно,- узнать, о том, что древняя мастерица, беря в руки иголку с ниткой, не просто наносила узор на ткань, а плела узор Вселенной, и нить являлась связующим звеном между судьбой человека, которому она плелась и ритмами Мироздания. Такой взгляд на проблему открывает сразу иной взгляд на вещи, расширяет поле нашей деятельности и дает возможность обретения объемного, а не плоскостного видения проблемы, создает образное восприятие и мира вокруг нас и дела, которым ты занимаешься.

Вот тут и возникла идея о том, чтобы понять, что и как вкладывает творческий человек в предмет своего творчества. Захотелось расшифровать содержательную сторону предмета творчества, будь то она народной игрушкой или иной поделкой или полотном художника,- неважно наш ли он современник или речь идет о музейном шедевре. Принцип вкладывания содержание в предмет искусства один и тот же. Нужно научиться только его распознавать, а главное управлять им. Мы решили упростить и себе и Вам, дорогим читателям, задачу и начать рассмотрение данных проблем с исследования народного творчества и тех видов рукоделия без которых мы себя не мыслим и с которыми сталкиваемся ежедневно.

Хотелось бы не только поделиться своими открытиями, но и услышать мнения самих рукодельниц о затрагиваемых вопросах. Более того, своими исследованиями, мы хотим дать возможность каждой женщине по-новому взглянуть на свой труд, оживить плоды своего труда, внеся в них животворящую струю древнего миропонимания, делая работу не только эстетически приятной, но и наделенной смысловой наполненностью.

В следующих выпусках мы постараемся ближе подойти к вопросу о том, как могут помочь нам данные теоретические рассуждения в развитии наших практическех навыков. Самым прямым и непосредственным образом. Но,- об этом читайте в следующих выпусках, а также в материалах нашего сайта.

001 — Творческие дарования

Творческий дар и креативность

ТВОРЧЕСТВО — деятельность, порождающая нечто новое, никогда ранее не бывшее. Деятельность индивида может выступать как Творчество в любой сфере: научной, художественной, производственно-технической, хозяйственной, политической и т. д.— там, где создается, открывается, изобретается нечто новое.

Философская энциклопедия

Иногда слово «творчество» людей отпугивает. Многие ведь думают, что творчество это прерогатива избранных или особо одаренных людей, тех, кто наделен необычным даром, или исключительными качествами, особыми талантами, такими как умение рисовать или писать стихи, или же еще чем-то, о чем принято говорить как о творчестве, имея ввиду нечто особенное. Но, если не ограничиваться определением дающимся в энциклопедиях и, чаще всего, имеющих отношение к прикладным отраслям человеческой деятельности, мы могли бы обнаружить тот факт, что творческими являются многие виды деятельности человека, а если подойти более вдумчиво к данному вопросу, то и любая деятельность человека.

Возьмем для примера ребенка. Маленького. Пусть от года до трех. Чем он отличается от нас, взрослых? Правильно. Если ребенок здоров, то это, почти всегда непоседа. В любом случае, даже тогда, когда он «сидит тихо», он (почему-то), вызывает у нас, взрослых, еще большее беспокойство… Но, что вся эта его деятельность значит? А означает оно ни много ни мало, как то, что (у нас, у взрослых) носит название «творческого». Да-да, здоровый ребенок тем и отличается от взрослого, что он находится в постоянном творческом процессе. Причем, вся его деятельность творческая. Даже та молчаливая деятельность, которая нам взрослым, часто (не знаю почему) не нравится в детях. Но, как бы то ни было, нравится нам деятельность ребенка или нет, надо признать, что ее отличительной чертой является непрестанность и непрерывность. Остановите один род деятельности ребенка, как он тут же перейдет на другой. И так беспрерывно. Из этого можно сделать простой вывод – взрослый, по сравнению с ребенком, кое-что утратил, а именно – чувство или состояние постоянного творческого процесса. И ему, взрослому, в отличие от ребенка, приходится учиться творчеству.

Но, не стоит приводить аргументы о различной степени полезности рода деятельности ребенка, по сравнению со степенью полезности деятельности взрослого. Все это слабые аргументы, к тому же, они не дают возможности объяснения того факта, что у большинства взрослых куда-то делось что-то очень важное, чего в ребенке присутствует с избытком. Речь идет о некоторой форме энергии, которая в творчестве является определяющей. Это — так называемая креативность, от силы и степени которой зависит наша способность к созиданию и творению.

Так вот, энциклопедии не дают нам возможности определять любой вид деятельности как творческий, так как ими рассматривается только внешняя сторона творческого процесса, без учета его энергетической компоненты, которую мы назвали креативностью. Не станем рассматривать идеологические, политические и иные факторы, часто влияющие на содержание энциклопедий и, иногда, являющиеся главными в определении формы подачи материала. Не будем также искать готовых объяснений – любая сфера деятельности человека, при попытке ее определения, требует пересмотра или уточнения терминологии. Скорее всего, универсальных терминов не существует а, может быть, и не должно существовать. Не нам судить об этом. Мы определим для себя то, что может помочь нам – стать творцами в той области деятельности, которая для нас является основной,– культура быта и связанные с ним проблемы.

В следующем выпуске мы продолжим нашу беседу.

С уважением Кугал Валерий